Аналитика

Угасающая звезда. Делая ошибку за ошибкой, Майя Санду теряет доверие граждан

Майя Санду как политик прошла пик своей популярности. Опросы общественного мнения показывают неуклонное снижение доверия граждан к лидеру ПДС. К разочарованию приводят и ошибочные решения, которые она принимает в последнее время. 

Разочарование 

Первый из факторов, объясняющих, почему Майя Санду стала терять популярность, обнаруживается в обстоятельствах  ее прихода в политику.

Давайте вспомним, что в 2015 году, после того, как обнаружилось, что партии проевропейского альянса допустили крах банков и вывели в оффшоры миллиард долларов, произошел всплеск народного негодования. Население страны окончательно прозрело и осознало, что ДПМ, ЛДПМ и ЛП под лозунги евроинтеграции просто занимаются самообогащением, коррупцией и ограблением граждан. Возник момент, когда на правом фланге образовался вакуум настоящих лидеров. Влад Филат, Мариан Лупу и Михай Гимпу, руководители правящих партий, полностью утратили доверие людей, и у части общества возник запрос на альтернативу. Именно тогда и загорелись в этом политическом секторе две новых  «звездочки»  — Майя Санду и Андрей Нэстасе. Обратим внимание, что в тот период оба лидера общественного мнения не представляли партийные организации и имели практически одинаковый рейтинг.

Тогда ожидания перемен достигли пика. Вдохновляло и то, что оппозиционные правые и левые силы оказались в одном ряду и сотрудничали друг с другом.

Однако в январе 2016 года, когда оппозиционеры вошли в здание парламента и им оставалось сделать еще полшага, чтобы смести неугодный народу режим, они проявили нерешительность и слабость. С этого момента ожидания населения постепенно пошли на спад. Митинговый пар был выпущен в свисток, и стало укрепляться ощущение, что шанс на перемены упущен.

Возникло разочарование, и мы теперь видим,  что тенденция набирает силу. У кого больше, у кого меньше, но рейтинги упали у всех участников тех событий.

Однако в тот момент все не было столь очевидным. Общество отвлекли общенародные выборы президента. И надежда на перемены еще теплилась. И именно тогда Майя Санду сделала  свою  первую крупную ошибку.

Президентские выборы 

Пока оппозиционеры были вместе, они представляли для режима экзистенциальную угрозу. Поэтому решение КС было ловушкой для всех антиолигархических сил, включая Майю Санду.

Вместо того, чтобы занять твердую позицию и отвергнуть участие в выборах на основе сомнительного решения КС, призвать к аналогичным действиям и другие партии, лидер ПДС одна из первых «клюнула» на приманку.

Таким образом, был разрушен антиолигархический фронт. Это первое.

Второе — возникла крупная имиджевая потеря. Президент по Конституции наделен малым кругом полномочий. А в условиях тотального контроля государства ДПМ его возможности сокращаются как шагреневая кожа, реальных же рычагов законно распустить парламент у кандидата не просматривалось. Наоборот, если бы все оппозиционные силы отказались от участия в таких общенародных выборах, то, скорее всего, удалось бы добиться роспуска  парламента. Режиму был бы навязан свой сценарий. И здесь главным была способность пойти на компромисс между оппозиционными силами. Следовательно, в истории с президентскими  выборами Майя Санду допустила стратегическую ошибку: победе над ДПМ через бойкот выборов она предпочла борьбу за кресло главы государства. То, что Майя Санду это понимала, явствует из ее недавних заявлений накануне референдума по отставке Киртоакэ. Вот что она сказала: «Борьбу следует начинать с парламента, а не с примэрии Кишинева, потому что, когда прокуратура, а также другие учреждения, подчиняются Демократической партии, проблемы невозможно решить из примэрии. Для того, чтобы освободить эту страну, следует начинать с законодательного органа».

Таким образом, даже исходя из слов самой Санду, бойкотировать президентские выборы означало следовать коренным интересам народа. Участие в гонке – личные амбиции и геополитические интересы, навязанные извне.

И сегодня у избирателей возникает вопрос: это было осознанной поддержкой игры ДПМ или просто недальновидным шагом? Каким бы ни был верный ответ — он в любом случае ставит искренность Майи Санду под сомнение.

В-третьих, президентские выборы, в конце концов, вылились в геополитическое сражение. Хоть этого и следовало ожидать, но с точки зрения стратегической перспективы такого сценария лучше было бы избежать, так он еще сильнее раскалывает общество. А разделение – именно то, что было нужно режиму.

И четвертое. Расчеты показывали, что шансов победить на выборах у Майи Санду не было. Ее рейтинг значительно уступал показателям Игоря Додона. Даже поддержка коррумпированных либералов и ДПМ не изменила расклада сил.

Но главное — проигрывать сражения с достоинством тоже нужно уметь. Это большое искусство. Вместо того, чтобы признать поражение и поздравить оппонента, лидер ПДС продолжает войну с Игорем Додоном. И каждая новая атака содержит в себе элемент мести за проигранный поединок. В результате возникает парадокс, когда Майя Санду разрушает самое себя и укрепляет образ неудачника.

Ошибочная ставка 

После завершения президентской гонки ПДС не смогла сформировать собственную повестку дня, очертить цели и планы, которые продвигались бы в обществе. В основном, формирование реагировало на идеи и действия, исходящие из других политических центров. Свои силы партия затрачивала на критику ПСРМ и ДПМ.

Большая часть времени  было посвящено борьбе с введением смешанной избирательной системы. Даже предпринимались поездки за рубеж, чтобы скомпрометировать своих  оппонентов во власти.

Однако данная тактика оказалась ошибочной.

Во-первых, для того, чтобы добиться результата, ПДС нужно было вбить клин между ДПМ и ПСРМ. Важно было оставить демократов один на один с их предложением перехода на одномандатную систему. Изоляция ДПМ и в этом случае была самым верным решением.

Напомним, что после президентских выборов Игорь Додон предложил оппозиционным партиям обсудить возможности сотрудничества и совместных действий. Несмотря на то, что еще свежи были раны, нанесенные поражением, а также различия в программах деятельности, компромисс с социалистами ради сохранения прежней системы выборов давал больше шансов на победу в данном вопросе, чем другие варианты.

Во-вторых, ставка на поддержку электората и митинговую активность в связи с изменением избирательной системы не могла принести позитивного результата.

Сама суть вопроса плохо понимается  гражданами. Для обычных людей это просто борьба за власть. Здесь нет ничего из насущных нужд и забот простого человека. Ожидать, что народ в селах бросит все свои дела и ринется в Кишинев на митинги, было откровенной наивностью.

Также нужно было иметь в виду, что граждане в митингах разочаровались, и расшевелить их становится крайне сложно.

И, что не менее важно, идея решать такие сложные с юридической точки зрения проблемы как система выборов, где полно нюансов и прямо противоположных трактовок, не выглядит серьезной. В конце концов, сами по себе выборы в одномандатных округах не плохи и не хороши. Вопрос в том, как все это будет происходить.

В результате ПДС и ее сторонники вновь оказались проигравшими. На митинги народ массово не вышел. Выяснилось, что Санду и Нэстасе в этом вопросе поддержкой не пользуются. То есть был получен результат, обратный тому, чего бы хотелось.

Теперь придется согласиться на все условия, которые им навязывает власть, если будет принято решение участвовать в парламентских выборах. А оно принято будет, потому что к следующему электоральному циклу у Майи Санду будет поддержка меньше, чем сегодня у Андрея Нэстасе. Если, конечно, Партия действия и солидарности к тому времени сохранится.

Соучастие в узурпации  

Ощущая себя постоянно ведомой в чужой игре, Майя Санду все-таки решила проявить инициативу. Она пришла в генпрокуратуру с заявлением, в котором обвиняла Влада Плахотнюка в узурпации власти. В том числе в контроле генпрокуратуры, куда она обратилась.

Смысл этого поступка до конца не ясен. Потому что изначально было понятно, каким именно будет ответ. В результате Санду стала объектом глумления. Прокуратура пригласила спикера и премьера, ближайших помощников олигарха, и брала у них объяснения в связи с заявлением лидера ПДС. Разумеется, все обвинения были отвергнуты.  Плахотнюк контролирует страну,  используя законодательство или пробелы в нем. Но сам никаких должностей не занимает. А узурпация  подразумевает именно это.

И есть еще один важный аспект. В 2014 году Санду шла на выборы в команде ЛДПМ.

Кто выбрал спикером Канду? Депутаты ЛДПМ. Без них это сделать было невозможно. Кто создал правительство миноритарной коалиции (ЛДПМ+ДПМ)? Те же силы. И в этом правительстве Санду была министром. Лидер ПДС также  была кандидатом ЛДПМ на пост премьер-министра. А разве не депутаты ЛДПМ, перешедшие в стан демократов, обеспечили назначение Филипа  главой правительства?

Словом, Санду и ее бывшие коллеги из ЛДПМ  сами были участниками того процесса,  в котором впоследствии был обвинен Плахотнюк.

Однако, зная все это изнутри и хорошо понимая, каким будет ответ генпрокуратуры по ее заявлению, Санду все-таки пошла на непродуманный шаг.

Теперь мы имеем официальное заключение, снимающее с лидера ДПМ всякие обвинения на этот счет. Может, такой и была конечная цель Майи Санду?

Ведь будучи гражданкой Румынии и имея в виду то, что Плахотнюк также является гражданином соседней страны, Санду могла бы обратиться с заявлением в соответствующие органы в Бухаресте. Как, например, это сделал Вячеслав Платон. Румынский судья, бывший член высшего совета магистратуры Румынии, Кристи Данилец объяснил: «Если в Румынии подается заявление о совершении преступлении гражданином Румынии, прокурор обязан действовать, согласно положениям нового УПК. Уголовное законодательство распространяется на преступления, совершенные за пределами страны гражданином Румынии…».

Почему же реальной возможности добиться результата Майя Санду предпочла иллюзорную? Если заблуждение лидера ПДС было искренним, то это вовсе не является оправданием. Эффект действий оказался обратным ожидаемому.

В компании с ДПМ 

Столь же сомнительным является и решение ПДС бойкотировать референдум по отставке кишиневского градоначальника.

Вся цепочка событий по отстранению от должности Дорина Киртоакэ указывает на то, что в этой истории у ДПМ был свой сценарий. И он прост – взять под свой контроль столицу. В период подготовки к новым парламентским выборам и при условии формирования здесь большого количества одномандатных округов значение «завоевания» Кишинева трудно переоценить.

Утверждение в столице ставленников демократов явно не идет на пользу партии Санду. Но, кроме того, что бойкот плебисцита служит интересам ДПМ, решение бросает тень на честность позиции Санду в борьбе с коррупцией. Как мы уже видели, позиция лидера ПДС заключается в том, что рубка корней коррупции в столице ничего не дает, надо «брать» парламент. Но гарантии, что Санду победит на парламентских выборах нет. Так что же, теперь сидеть и ждать, чтобы Кишинев грабили и уродовали еще многие годы?

Как верно замечают молдавские аналитики, позиция правых партий, включая ПДС, в данном вопросе ущербна. Даже идея бойкота референдума для сохранения «бастиона унионизма и прорумынских сил» выглядит глупой. Кому нужны унионисты-коррупционеры? Они ведь только компрометируют идею объединения с Румынией.

Словом, ПДС не может представить серьезных аргументов в пользу отказа от борьбы с коррупцией в Кишиневе. И мы видим, что в ситуации с бойкотом референдума Майя Санду ничего не выигрывает, наоборот, оказывается в рядах тех, кто помогает ДПМ и дальше укреплять свой режим. И это, конечно, ошибка, если на самом деле бойкот не является согласованным действием, выполнением указания извне.

Кризис идей и смена элит 

Даже в Брюсселе поняли, что странам «Восточного партнерства» требуется смена элит. Такие выводы содержатся в докладе аналитического центра Европарламента. Рекомендации направлены другим структурам ЕС. Но подобную реакцию можно назвать запоздалой. Потому что рейтинги молдавских «евроинтеграторов» — ДПМ, ЛПМ, ЛДПМ, ЕНПМ – очень низки. А избиратели испытывают крайнее разочарование в действиях проевропейских сил.

Для того, чтобы вернуть доверие граждан, нужны «свежие» лица, политики «новой волны», не связанные с порочным прошлым.

В какой-то момент сторонники правых партий возложили надежды на Майю Санду. Хотя и она была членом правительства Филата, отправленного в отставку за коррупцию. Работала в кабинете Лянкэ, отметившемся «кражей века» и сомнительной сделкой с Кишиневским аэропортом. Санду была и в правительстве Габурича, когда новые миллиарды направились в оффшоры.

Так к каким политикам следует отнести председателя ПДС?

Ошибки, которые Майя Санду делает раз за разом, показывают, что она  не очень похожа на лидера-прагматика новой формации, способного вытащить страну из топкого болота.

На днях PAS запустила кампанию сбора подписей за сокращение количества школьных предметов. Может, демократы правы, когда говорят о кризисе идей в ПДС? Может, Майе Санду и в самом деле лучше вернуться в сферу просвещения, пока ее «звездочка» окончательно не угасла?

Сергей ТКАЧ

 

vedomosti.md

Добавить комментарий

Комментировать...