Аналитика

Гагаузия, которую мы потеряли

Приближается День образования Гагаузской Республики. По этому случаю власти автономии организуют торжественное собрание, на котором наверняка будут произноситься пафосные речи про геройские события 28-летней давности и достижения дня сегодняшнего. Пока Башкан готовит свою вдохновляющую речь, попытаемся оценить прошедшие годы максимально трезво и без прикрас. За такую ли Гагаузию боролись мы и наши отцы?

19 августа 1990 года гагаузский народ добился своей государственности. Это стоило нам немалых усилий. Потому что, в отличие от МССР и других союзных республик, мы не были в числе «бенефициаров» распада одряхлевшего СССР. Нам независимость не свалилась на голову, мы реально боролись за право жить и быть хозяевами на своей земле. И когда мы провозгласили Гагаузскую Республику, мы рассчитывали и надеялись, что дальше она будет укрепляться и развиваться. Но дальше всё происходило ровным счётом наоборот.

Я не стану утверждать, что создание Гагаузской автономии в составе Молдовы было ошибкой. Произошло то, что произошло. Во всяком случае, тогда многие были уверены, что можно развивать сильную Гагаузию и в рамках Молдовы. Наверняка можно, но всё зависит от руководства автономии. А вот с этим нам как раз и не повезло.

С 1994 года Гагаузия стабильно теряла полномочия. Сначала у нас забрали суды, прокуратуру, кадровые полномочия, потом стали финансово ущемлять и заводить уголовные дела на лидеров. Но вот что интересно: если первые два башкана более-менее старались отстаивать интересы автономии, то нынешняя глава сдаёт их как ни в чём не бывало. Совсем недавно, например, ДПМ приняло налоговую реформу из-за которой бюджет Гагаузии потеряет около 10 млн. леев. Любой из предыдущих башканов поднял бы этот вопрос в правительстве, устраивал бы протесты, выступал бы с заявлениями в СМИ. А Ирина Влах даже двух слов не сказала. 10 миллионами больше, 10 меньше – какая ей разница. О чём можно говорить, если даже при обсуждении в правительстве вопроса о концессии территории Гагаузии, Башкан промолчала и не стала возражать.

Сегодня Гагаузия экономически отсталая, у нас отнимают последние полномочия, а через несколько поколений мы рискуем потерять гагаузский язык. Плюс ещё население покидает родной край небывалыми темпами. Если эти процессы продолжатся, то что будет с Гагаузией через 10, 20, 50 лет? И вообще – будет ли Гагаузия?

В Гагаузии сегодня нет даже своей политики. Местные организации либо стали частью Демпартии, либо обслуживают интересы Социалистов. Гагаузы под руководством Ирины Влах, вместо того, что бы вести свою «гагаузскую игру», превратились в политическое мясо для молдавских партий.

В Румынии и Болгарии каких то сто лет назад проживали тысячи гагаузов. Сегодня остались последние старики, которые помнят о своих корнях. Историки говорят, что так произошло из-за насильственной ассимиляционной политики. Сегодня в Молдове прямой угрозы ассимиляции гагаузского населения нет, но мы по-прежнему исчезаем как народ. Это происходит потому, что властям Гагаузии наплевать на свой народ. Их не интересует развитие автономии, языка, экономики. Их таланта хватает только на развитие своего бизнеса.

В 2014, казалось, Гагаузия переживала подъём. Мы провели референдум, потом избрали нового Башкана.  Люди были воодушевлены, всем казалось, что наступают новые времена. Первый год было внимание, помощь, активность. Но уже через год стало понятно, что нового Башкана интересуют только шоу и красивые селфи. Ирина Влах стала мастером победных отчётов, в которых она рассказывает о фейковых достижениях. Но какими бы красивыми ни были отчёты и какие бы цифры роста она не называла, реальность не подменишь: доходы населения по прежнему низкие, высокооплачиваемой работы практически нет, а люди находят себе применение не на родине, а на чужбине.

В 1990 году назад наш народ рассчитывал на другой путь. Повторюсь, это мог быть не обязательно путь государственной независимости от Молдовы. Но это был путь политической самостоятельности и экономического развития. Это был путь сохранения родной культуры и языка.   Когда мы обменяли Гагаузскую Республику на автономию, мы не поменяли своих ожиданий. Но сегодня у нас нет той Гагаузии, о которой мы мечтали. У нас вообще сегодня нет никакой Гагаузии. При башкане Ирине Влах мы дошли до того, что по административному потенциалу мы скатилась ниже Кагульского района. Интересно, скажет ли об этом хоть что-то Башкан в своей речи 19 августа?

Сергей Кывыржик

gagauz.md

Добавить комментарий

Комментировать...